
Работник комбината АО «Оренбургские минералы» города Ясного Алексей Рейдер – пехотинец, который три года выполнял боевые задачи на Запорожском направлении, а год назад вернулся к мирному труду.
Семью Алексея хорошо знают на предприятии. Его бабушка, Лидия Александровна, работала в заводской производственной лаборатории. Дед, Алексей Иванович, – машинист буровой установки в горном цехе. Отец, Сергей Алексеевич, – газоэлектросварщик ООО «Восток-СТС». В Ясном ценят и уважают тех, кто отдал градообразующему предприятию не один десяток лет.
Алексею – двадцать девять. За его плечами – ясненский Горно-технологический техникум и диплом машиниста экскаватора на открытых горных работах. Восемь лет в карьере – и, как он сам говорит, за эти годы в личной жизни «особых событий не произошло». А потом началась другая биография, в которой, по его словам, было три дня рождения.
«Ехать – и все»
О повестке, говорит, знал заранее, за неделю. Никаких сомнений и планов «отсидеться». Ехать – и все. Провожали родные, друзья, коллеги. Дальше был Саратов. Месяц обучения – и отправка в зону боевых действий. Сначала бойцов учили копать, знакомили с оружием. А потом – три долгих года в пехоте на Запорожском направлении. Техники в роте почти не было, а та, что имелась, – «чисто для эвакуации раненых». Поэтому все Запорожье Алексей практически пешком прошагал. Однажды на месяц отправляли в ДНР – помогать расчетам «Града»: заряжать, прикрывать машины.
За три года участия в военных действиях он успел побывать и автоматчиком, и гранатометчиком. О его ратной службе даже была статья во фронтовой газете 35-й Краснознаменной общевойсковой армии «Вестник новой истории». Он стал героем рубрики «Гордость подразделения»: «Алексей – пример безупречной исполнительности и героизма, – пишет автор заметки. – Особо стоит отметить его участие в борьбе с вражескими беспилотниками. Он гарантированно сбил не менее пяти смертоносных «птичек», разрушая планы врага и защищая своих товарищей». В послужном списке бойца имеется высокая награда – медаль Жукова.
Первое время новобранцы жили в домах. Но когда ВСУ стали бить по мирным и в поселки начало прилетать, последовал приказ: все в землю. Так и научился строить блиндажи. Строишься, обустраиваешься – и снова переезд, снова копать. Он посчитал: двадцать девять переездов за три года. Первый отпуск был через девять месяцев, второй – еще через год. Точные сроки не устанавливались. Исходили из того, может ли человек выйти из квадрата. Закроют коридор, отбой по технике – и все. Отпуск есть, а выехать – возможности нет.
Три дня рождения
Алексей говорит, что на войне у него были три дня рождения. Однажды снаряд разорвался рядом, его волной откинуло в сторону. Но обошлось без осколочных ранений и даже без контузии. Второй раз дрон ударил по накатам сверху. Боец успел забежать в ячейку. Накаты разлетелись. Его снова отбросило волной. Но и тогда все обошлось. На третий раз ему уже так не повезло. Четвертого марта 2025 года группа выносила двоих раненых и одного погибшего. Часть ребят двигалась позади него по железной дороге – по совершенно открытому месту. Алексей первым заметил дрон, повернулся предупредить своих. Те увидели, что он машет рукой, поняли и разбились по кустам.
– А дрон прямиком на меня. Скорость у него большая. Секунды – и попадание в спину.
Товарищи затащили его в «кишку» – узкий ход в земле. Медик разрезал вещи, осмотрел: «Все, он тяжелый, надо эвакуировать». Алексей все это время оставался в сознании, попросил не класть его на спину – не мог дышать. Погрузили его на «пикап» («окушку» со срезанной крышей) – и в путь. Холодно, вещи разрезаны – «мерзнешь только и ничего не чувствуешь». Потом «буханка», потом Мариуполь. Там, на кушетке в госпитале, он и потерял сознание.
Места на теле, куда получил ранения, перечисляет буднично: икра правой ноги насквозь, икра левой, правое бедро, левое бедро, спина целиком, сломанные ребра, дыра в легком, мышцы под лопаткой вырваны, вывернута рука.
– Ну, и еще по мелочи, так сказать.
Лечение заняло больше полугода. Петербург, затем местный госпиталь. На медкомиссию отправили из Екатеринбурга. Заключение последовало 27 августа 2025 года: ограниченно годен. Так Алексей вернулся домой.
Год спустя

На вопрос, что случилось за этот год, он отвечает честно: «В принципе, ничего. Более-менее восстановился». Хотел вернуться в карьер, но на прежнее место работы не пускали ограничения по здоровью. Сегодня он водитель в цехе хозяйственных машин АО «Оренбургские минералы». В его обязанностях – работа на автомобилях «Солярис», «Патриот», «Газель». Случаются и продолжительные командировки.
Самое яркое событие мирного года он назвал неожиданно: Новый год. Впервые за три года праздник отмечал дома.
– Вода постоянно есть. Теплые батареи. Вещи чистые, ты сам чистый. Радует то, что раньше не ценил.
Сейчас Алексей не строит больших планов. Он учится заново ценить бытовые удобства, тишину и понемногу возвращать себе привычную жизнь.
Будничное мужество наших парней на войне складывается из тысяч незаметных поступков: вовремя заметить дрон, предупредить товарищей, снова и снова строить укрытие там, где вчера еще было пусто. Возвращение домой для них – это тоже труд: привыкнуть к тишине, к теплу, к тому, что опасность больше не прячется за каждым углом. Героизм часто бывает не громким и ярким, а очень тихим, почти незаметным. И только шрамы на теле солдата напоминают, как высока цена мирной жизни.
Виктория Шустова. Фото предоставил Алексей Рейдер

